Skip links

Texts: Picnic Concert No. 5

Six Songs, Op. 38, No. 1
Sergei Rachmaninoff

 

“At night in my garden” 

Ночью в саду у меня

At night in my garden

Плачет плакучая ива,

the weeping willow weeps,

И безутешна она

and she is inconsolable,

Ивушка, грустная ива.

This dear Willow, mournful willow tree.

 

Раннее утро блеснёт,

Early morning flashes;

Нежная девушка-зорька

The gentle maiden Dawn

Ивушке, плачущей горько,

From dear Willow, weeping bitterly,

Слёзы кудрями сотрёт.

Wipes away the tears with her curls.

 

“To her”

Травы одеты перлами.

Pearls adorn the grass.

Где-то приветы

From somewhere

Грустные слышу,

I hear mournful greetings,

Приветы милые…

Cherished greetings…

Милая, где ты,

Dear one, where are you?

Милая!

Dear one!

Вечера светы ясные,

The lights of evening are clear,

Вечера светы красные

The lights of evening are red,

Руки воздеты:

My arms raised,

Жду тебя,

I await you,

Милая, где ты,

Dear one, where are you?

Милая?

Dear one?

Руки воздеты:

My arms raised,

Жду тебя,

I await you;

В струях

In the streams,

Леты смытую

Lethe washes the years away,

Бледными Леты

Pale Lethe,

струями…

In the streams,

Милая, где ты,

Dear one, where are you?

Милая!

Dear one!

 

“Daisies” 

О, посмотри! как много маргариток —

Oh, see how many daisies,

    И там, и тут…

  Here and there,

Они цветут; их много; их избыток;

They blossom; they are plentiful; they are abundant.

    Они цветут.

  They blossom.

Их лепестки трёхгранные — как крылья,

Their petals are three-edged, like wings,

    Как белый шёлк…

  Like white silk;

Вы — лета мощь! Вы — радость изобилья!

You are the summer’s might! You are abundant joy,

    Вы — светлый полк!

  You are radiant multitude!

Готовь, земля, цветам из рос напиток,

Earth prepares to flower with the dew’s draught,

    Дай сок стеблю…

  Giving sap to the stalks.

О, девушки! о, звезды маргариток!

Oh maidens, Oh daisy stars,

    Я вас люблю…

  I love you!

 

“The Pied Piper”

Я на дудочке играю,

I play a reed-pipe,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

И на дудочке играю,

I play a reed-pipe,

Чьи-то души веселя.

cheering up someone’s soul.

Я иду вдоль тихой речки,

I walk along a quiet river,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

Дремлют тихия овечки,

Timid sheep are asleep,

Кротко зыблются поля.

the fields are gently rocking.

Спите, овцы и барашки,

Sleep, sheep and lambs,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

За лугами красной кашки

Beyond the fields of red clover

стройно встали тополя.

stand slender poplars.

Малый домик там таится,

A little house is hidden there, 

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

Милой девушке приснится,

A pretty maiden will have a dream,

Что ей душу отдал я.

That I gave her my soul.

И на нежный зов свирели,

And to the tender call of the reed-pipe,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

Выйдет словно к светлой цели,

She will come, as if towards a bright dream,

через сад, через поля.

Through the garden, through the fields.

И в лесу под дубом тёмным,

And in the forest under the dark oak,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

Будет ждать в бреду истомном,

She will wait in a languorous fever

В час, когда уснёт земля.

At the hour when the earth falls asleep.

Встречу гостью дорогую,

I will greet the dear guest,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

Вплоть до утра зацелую,

And will kiss her away till dawn,

Сердце лаской утоля.

Satisfying my heart with tenderness.

И, сменившись с ней колечком,

And, after we’ve exchanged rings,

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля,

tra-la-la-la-la-la-la,

Отпущу её к овечкам,

I’ll put her out with the sheep,

В сад, где стройны тополя.

Into the garden, where slender poplars stand!

Тра-ля-ля-ля-ля-ля-ля!

Tra-la-la-la-la-la-la!

 

“A dream”

В мире нет ничего

There is nothing

Дожделеннее сна,

more desirable

Чары есть у него,

In the world than the dream.

У него тишина,

It has magic stillness.

У него на устах

It has on its lips

Ни печаль и ни смех,

No sadness, no laughter

И в бездонных очах

And bottomless eyes,

Много тайных утех.

and many hidden pleasures.

У него широки,

It has two immense wings,

Широки два крыла,

as light as

И легки, так лёгки,

the shadow of midnight.

Как полночная мгла.

It’s unfathomable

Не понять, как несёт,

how it carries them,

И куда и на чем

and where and on what;

Он крылом не взмахнет

It will not beat its wings,

И не двинет плечом.

And it will not move its shoulder.

 

“A-oo!”

Твой нежный смех был сказкою изменчивою,

Your tender laughter was a fickle fairytale,

Он звал как в сон зовёт свирельный звон.

It calls me out of the dream on pipe chimes.

И вот венком, стихом тебя увенчиваю.

Now my garland of poetry crowns you.

Уйдём, бежим вдвоем на горный склон.

Let’s go, let’s run, both of us, to the mountainside!

Но где же ты?

But where are you?

Лишь звон вершин позванивает

Only the pipes from the top chime…

Цветку цветок средь дня зажег свечу.

One flower to another flower light the candle of midday.

И чей-то смех все в глубь меня заманивает.

And someone’s laughter calls to me from the depths.

Пою, ищу,

I sing, I search,

Ау!

“A-oo!”

Ау!

“A-oo!”

кричу.

I cry.